Группа G-20 из наиболее развитых и развивающихся государств мира существует всего 15 лет. Первые 10 лет своей короткой истории взаимодействие означенных стран происходило на уровне министров финансов и экономики, в форме свободных совещаний и рабочих встреч. Соответственно, и обсуждаемые проблемы носили сугубо монетарно-торгово-экономический характер.

Лишь после мирового кризиса 2008 года формат G-20 кардинально изменился. Ее саммиты стали созываться ежегодно (с 2008 по 2010 они проходили даже два раза в год) с участием политических лидеров своих стран. Политическаясоставляющая в рамках дискуссий приобрела гораздо большее значение — хотя вопросы финансовой, торговой и экономической деятельности по-прежнему имеют приоритет для двадцати участвующих стран.

Что легко объясняется удельным весом государств «двадцатки» в глобальной экономике. На нашей планете существует более 200 независимых стран, 193 из них являются членами ООН. Естественно, все государства обладают равновесным суверенитетом в рамках международного права. Чего не скажешь о финансовой весомости, военном и экономическом могуществе. Страны G-20 контролируют:

— 75 % общемирового товарооборота

— 85 % общемирового ВВП

— Более 90 % общемировых финансов и вооружений

Если откровенно, то развитие всего человечества зависит именно от успешности стран «двадцатки» — как персонального, так и консолидированного. И все политические разногласия между этими странами, застарелая вражда, современное недоверие и будущие опасения не могут опровергнуть данного факта. Каждое государство из состава G-20 — будь то участник еврозоны или ее заокеанский «смотрящий», огромная Россия или миниатюрная Южная Корея, светская Турция или шариатская Аравия, сражающаяся с наркомафией Мексика или Аргентина в тяжкой борьбе с возможным дефолтом — обладает одним общим свойством. При полной и долгосрочной дестабилизации любой из этих стран существенно пострадает глобальная экономика и мировые финансы. Существенно пострадают перспективы человечества остаться в рамках цивилизации, как и надежды расширить эти рамки ненасильственным путем. Поэтому главным итогом ноябрьского саммита G-20 2014 года необходимо признать итоговое коммюнике — под ним стоят подписи всех глав государств, посетивших Австралию.

Данный документ принят на основе консенсуса, что само по себе является дипломатическим подвигом всех участников и ярким показателем их ответственности перед будущим. Коммюнике содержит 21 пункт, основные договоренности Брисбена таковы:

— Планируется выйти на рост глобальной экономики на 2 % к 2018 году, что означает миллионы новых рабочих мест и дополнительную доходность в 2 триллиона $. Добиться такой цели предполагается увеличением объемов торговых операций, инвестиционных вложений и поощрением конкуренции.

— Крупные инвестиции в инфраструктуру будут выполняться как на государственном уровне, так и силами наднациональных институтов. Подобные проекты с участием частных инвесторов решено поощрить долгосрочными кредитами и льготами.

— Мировая борьба с бедностью остается дежурной темой на любой встрече развитых стран. Если говорить о бедности африканской, то все противодействующие ей международные институты, по сути, зашли в тупик. Да и в Азии подобные явления стали обыденными. Объем оказываемой помощи (безвозмедной!) оказывается достаточен для коррупционного обогащения элит в десятках стран, а в десятке километров от новеньких особняков люди умирают от голода в буквальном смысле этой жестокой фразы. Шаги в направлении создания новых рабочих мест и поэтапного развития бедных стран — видимо, единственно действенный метод сгладить неравномерность развития планеты, ибо «Не рыбу дай голодному, но удочку и сеть».

— Озвучена конкретная цифра внешней границы стоимости денежных переводов в страны со слабой экономикой на уровне 5 %. Видимо, вплоть до самых удаленных районов, сегодняшние самые высокие комиссии платежных систем типа Western Union ниже пятипроцентного барьера.

— Решено способствовать снижению бюрократических, таможенных и прочих административных барьеров на пути глобальной торговли. Противоборство протекционизму провозглашается на каждом саммите G-20 — однако многие участники «сообщества развитых и развивающихся» воспринимают данный процесс как локальный либо односторонний…

— Отдельно сказано о борьбе с безработицей среди молодежи (что вполне разумно) и среди женщин (что весьма сомнительно). Дело в том, что сама цель создать в глобальной экономике к 2025 году дополнительно 100 млн. именно женских рабочих мест слишком отдалена во времени. Она может войти в серьезный конфликт с традиционным жизненным укладом и методами ведения бизнеса в странах своего бурного роста. Законодательство и культура евроатлантических государств к равенству полов перед работодателями давно готовы. Страны востока и юга вряд ли будут к нему готовы и через 10 лет. К сожалению, данный пункт коммюнике больше похож на благую декларацию, чем на реалистичный план действий.

— Констатировано промедление реформы МВФ, одобренной на предыдущих саммитах еще в 2010 году и совместное разочарование по данному поводу. Страна, тормозящая перераспределение квот внутри Международного валютного фонда, цепляющаяся за свое доминантное положение в этом учреждении, слишком занята борьбой с ИГИЛ, Эболой и всемирным сепаратизмом одновременно.

— Природный газ признан наиболее перспективным топливом в планетарном масштабе, другие энергетические ресурсы в тексте коммюнике не упоминаются вовсе.

— Высказана озабоченность пандемией Эбола в Африке и угроза геополитической нестабильности для мировой экономики, устойчивость мировых финансов признана далекой от стабильности. Колебания (а точнее, синхронный спад) курсов всех основных мировых валют относительно доллара США в 2014 году делают эту сентенцию очевидной.

— Подтверждена универсальность и важность правил ВТО для международной торговли как основы самого существования глобальных рынков. Что уже непосредственно противоречит практике доброй трети участников саммита по отношению к торгово-экономическим взаимодействиям с Россией.

— Наиболее заметным достижением «двадцатки» в Брисбене стало совместное намерение«обеспечить прозрачность владения бизнесом, искоренить взяточничество, уклонением от налогов и легализацию коррупционных денежных средств». Для чего предполагается ввести автоматический обмен налоговой информацией между участниками уже к 2018 году и законодательное закрепление понятия «конечный бенефициарный владелец» в национальных законодательствах. Как в финансовых, так и в уголовно-административных.

— Страны G-20 договорились об оказании консолидированной помощи ФСБ. Сторонникам либерального конца истории не стоит впадать в паническую истерику — речь идет не о спецслужбе, а о Совете по Финансовой Безопасности (Financial Stability Board — FSB). Его деятельности по снижению межбанковских и внебанковских рисков, по созданию прозрачных, безопасных и законных финансовых услуг решено оказать всеобъемлющую поддержку.

Увы, но тематика экономики, торговли, финансов, юриспруденции, трудовой занятости и даже борьбы с лихорадкой в африканских дебрях не относится к рейтинговой. Она скучна и монотонна, пусть и определяет будущее отдельных стран, целых континентов и глобального мира. Поэтому столько внимания в СМИ уделяется не итогам двухдневного австралийского саммита, а его антуражу и сопутствующим деталям:

Как премьер-министр австралийского штата Квисленд спрятался от рукопожатия В. В. Путина и выбежал с распахнутой ладонью навстречу А. Меркель, порядком озадачив госпожу «канцлерин» своими познаниями в дипломатическом протоколе. Как канадский премьер вложил в свое рукопожатие с российским президентом фразу о необходимости вывода войск РФ из Украины — для чего их как минимум потребовалось бы туда ввести, о чем С. Харпер и был проинформирован. Из самых первых рук. Как британский премьер и американский президент поддержали канадские призывы во время сольных выступлений перед микрофонами журналистов, а нобелевский лауреат из Вашингтона самовозложил на себя (епитимью) бремя мирового лидерства. Монологи в таком случае хороши невозможностью получить исчерпывающий ответ на свои выпады. Как австралийский премьер вместо силовой борьбы с Путиным предпочел обниматься с мишками-коалами — правда, все же в присутствии президента РФ. Как итальянский премьер «подтвердил» тезис Обамы о безоговорочной изоляции России, пригласив В. В. Путина посетить свою страну весной следующего года. Как часто постамайданная страна становилась тематикой двухсторонних и кулуарных переговоров и как она не была упомянута в итоговом коммюнике G-20 даже намеком.

В свете украинского кризиса и антироссийской пропаганды западного мейнстрима весь потенциал протокольных «шпилек» в Брисбене был использован. Но даже декларативные нападки на РФ позволили себе всего несколько лидеров англосаксонской принадлежности. Демонстративные обвинения и громкие фразы воздействуют на эмоции и помогают выпустить пар деятелям с гипертрофированным самомнением. Такой дальний артобстрел собственных электоральных целей с международных дипломатических площадок.

Прагматичные лидеры великих держав ищут работающих компромиссов для выхода из кризисов. Пусть эти кризисы спровоцированы и не ими, достаточно глубокой вовлеченности в кризисные явления собственных сограждан и соотечественников. Урегулирование всего комплекса проблем, связанных с фактическим распадом украинского государства — вопрос времени и желания, прежде всего, весомых европейских стран. Будут ли готовы к такой ответственности новые комиссары ЕС и старые лидеры Франции, Германии, Италии и Великобритании, станет ясно в ближайшие месяцы.

 

Даша Гасанова

Источник: grtribune.ru


Читайте также:

Добавить комментарий

Войти с помощью: